Обратите внимание

05.01.2011
Экономика должна быть экономной. Сказал чёрт и выпустил новые облигации!
05.01.2008
Прощание со стереотипами...




ОМВНБ. Обними меня в ночь белую

Перед августовским, 1998 г., дефолтом я служил директором одной весьма бессмысленной конторы по продаже дисконтных карт и сумел накопить из зарплат несколько тысяч долларов. Когда кризис ахнул, компания вяло сдохла, мне не оставалось больше ничего делать, кроме как начать на скопленное новый бизнес. Эхма… свой собственный!

Я придумал название компании — «Обними Меня В Ночь Белую» (ОМВНБ), её деятельность (написание любовных текстов на всех языках мира в стихах и прозе), и с этим названием пришёл в контору на Таганке, которая предоставляла весь спектр услуг по регистрации новых ООО и прочего бизнес-мусора. Девочки в конторе тихо пошептались о чём-то своём, но документы от меня (равно как и деньги) приняли, обещали попробовать зарегистрировать (мол, название больно мудрёное…). Через несколько дней мне позвонила начальница этой конторы, злобно спросила, а нельзя ли поменять название. Я ответил, что вот нет, нельзя! Поскольку я буду в основном использовать аббревиатуру, а аббревиатура — вполне прилична, не хуже какого-нибудь МММ или РАО ЕЭС. Начальница посопела в трубку. Я сказал, что клиент, я — всегда прав, поэтому, будьте добры… Через неделю я получил весь ажур документов. Стоило это всё 500 долларов.

Начались поиски офиса. Краткий обзор коммерческих предложений по аренде офисных помещений вызвал у меня даже не головную боль, а острую зубную. Никакой кризис не мог сломить владельцев помещения. Над ними не капало. Их цены вызывали только зависть.

Я зашёл в департамент недвижимости Южного округа и, после отсидки нескольких часов в очереди, попал к милой девушке на приём. Она, после того, как я озвучил ей желание найти офис среди недвижимости Москвы какой кстати, стати, Москва ТАК много чем владеет, вы не задавались вопросом?), дала мне список адресов для посещения и узрения. Неделя прошла в бегах по помещениям. Все они представляли из себя полузатопленные подвалы, квадратных метров эдак под тыщу площадью. Я вяло бродил по этим лужам и уныло замечал отсутствие электропроводки, дверей, окон, низость потолков. Жизнь казалась средоточием всего самого отвратительного, каким-то крысиным царством. От меланхолии пришлось долго лечиться пивом.

Но одно помещение, бывшее ещё советское убежище от всех самых атомных бомб на свете, запало в душу тем, что там была такая мощная дверь и такое полное отсутствие окон (это снова был подвал), а также имелась какая-никакая электропроводка, что я решил остановить свой выбор именно на этом варианте.

Девушка из департамента объяснила мне процедуру получения помещения в аренду от Лужкова и его команды. Следовало провести конкурс среди, по крайней мере, двух потенциальных арендаторов. Следовало положить 30 000 рублей на счёт этого департамента (потенциальный арендатор-конкурент должен положить столько же). После этого запечатать конверт со своей суммой, написанной на бумажке, с которой я готов расстаться, чтобы получить право на аренду этого помещения, и сдать конвертик в департамент. Спустя энное количество времени проводился конкурс, конверты от обоих претендентов вскрывались, и тот, кто обозначал большую сумму — становился победителем. Сумма (разумеется, больше 30 000 рублей, тридцать — это минимум конкурсный!) же шла в московский бюджет. Проигравшему сумму возвращали.

Я сходил в канцелярию департамента и ласково попросил показать мне список заявок на выбранное мной помещение за всё то время, как оное было выставлено на предложение взять его в аренду. Тётки сказали, что таковых ни одного не было вовсе. Я всё понял и попросил выписать мне справочку о сказанном. Вооружившись справкой, я записался на приём к главе департамента и через два дня сидел перед ним.

Скажу сразу, все россказни о бюрократах — это ерунда. Передо мной сидел человек максимально конкретный, немногословный и всё-всё понимающий. Он почитал моё заявление с просьбой отдать мне это помещение в аренду БЕЗ КОНКУРСА, почитал справку о том, что за пять лет не было НИ ОДНОГО обращения по поводу этого помещения от потенциальных арендаторов, сощурился, взял ручку и что-то надписал на заявлении. «Оформляйте в аренду!» — сказал он. И я вышел из его кабинета будущим арендатором.

Через шесть месяцев, после того, как я собрал ПОЧТИ все необходимые документы (перечислять не буду, но литра три моей крови выпило одно БТИ), я вошёл в помещение ПРАКТИЧЕСКИ хозяином. Все накопленные деньги к тому времени растаяли песней Владимира Маркина, пришлось обратиться к родне за помощью. Родня дала в долг аванс. И вот на него я начал делать ремонт (вы ж понимаете, что писать лирику в неотремонтированном бомбоубежище — это нонсенс!).

В Мосэнерго сидел щуплый шкет моего возраста, он был куратором того района, где располагался облюбованный мной подвал. Шкет написал на листке номер телефона электрика, которого он рекомендует взять, чтобы у него не было претензий к проведению электроводки. Конспирация! Это я выяснил, когда добродушный электрик озвучил мне, не стесняясь, сумму за свою работу и заодно за оформление всех документов. Сумма была феноменальной даже по моим ожиданиям. Как пояснил электрик, ровно половину этой суммы от отдаст шкету. И тогда всё будет путём.

Работа заняла две недели. В процессе я узнал, чем один распределительный блок отличается от другого и что случается с теми, кто покупает не тот распределительный блок. Кто покупает его не у того продавца (связанного сами понимаете с кем), а просто на рынке. Кто также обращается не к тем электрикам. Нда-а. Меня взяла не оторопь, а жуть. Я подумал, что с правильным электриком я, однако, связался.

Затем я нанял строителей. Армян. Нашёл их брат. Они ему тогда делали дачу. Ребята трудились у меня в подвале с шести часов утра до двенадцати ночи. Где, как, когда они ели-спали — я не знал до тех пор, пока в подвал к нам не пришёл участковый. Он их построил, попросил документы, забрал паспорта и ушёл. Ребята начали экспансивно переговариваться по-армянски, затем самый старый из них, шеф, сказал мне, что надо заплатить. Мол, ситуация такова: либо они так и проживут всю жизнь в этом подвале, потому что хода отсюда им нет, ты на наши лица посмотри, либо… надо платить.

Хорошо, сказал я и пошёл на приём к участковому. Без гроша в кармане. Потому что я ментам стараюсь не платить. Не всегда получается, правда… Но всё же.

Участковый был любезен и сразу объяснил мне, в чём проблема. Мне нужно было получить разрешение на трудоустройство армян. Я не стал выяснять, где это разрешение надо было брать, лишь узнал название конторы, которая такое разрешение выдавала. Придя домой, я на компьютере сделал такое разрешение сам для себя, распечатал его на принтере, поставил нечёткую печать своей собственной компании уж завитушек я на этой печати в своё время поднапускал!), пропустил лист через факс, получил копию, якобы присланную мне по факсу. Эту копию я вручил изумлённому участковому на следующий день. Молча подождал, пока опешившая власть не отдаст мне документы армян, взял их и ушёл.

Армяне работали всю ночь и ещё день и ещё ночь. Всё закончили, я с ними расплатился, ночью приехала какая-то машина, и они тихо скрылись. От греха подальше.

В то время как строители ещё трудились, мне, для сбора документов надо было обратиться в префектуру, что, мол, префектура не возражает, что ООО «ОМВНБ» разместится у них на территории (заметили, что у НИХ на территории, а не на МОЕЙ родине, не в МОЁМ городе?). Начальник вовсе не возражал, но рекомендовал подписать договор между префектурой и моей компанией о ежемесячном спонсировании префектуры на сумму… ну любая помощь нам нужна, добавил начальник скромно. Я смело вписал в договор сумму 10 000 рублей, взглянул на него, он кивнул, и справку от префектуры я тут же получил.

Пришла пора идти к пожарным, получать разрешение от них. Потому что, как вы понимаете, бомбоубежище могло сгореть… ну, без разрешения.

Пожарным инспектором моего района оказался совсем юный молодой человек. Но уже в меру ретивый. Потому что, когда я ему озвучил свои нужды, он лениво потянулся на стуле (мы сидели у него в кабинете) и сказал, что требуется оказать материальную помощь сей пожарной части. Я изобразил понимание и спросил, а, мол, хватит ли пожчасти, скажем, полумиллиона рублей? Ну на оказание, так сказать. Молодой человек чуть не подпрыгнул от радости, — вот она, удача, наконец-то. И потащил меня к своему начальнику, коему я всё честно подтвердил. Начальник щёлкнул пальцами, сверкнул глазом, и всё завертелось.

Через день справку от пожарной части я уже сдавал в департамент Москомимущества. Да, да, — я, наконец, завершил сбор документов и вскоре, не прошло и месяца, как договор об аренде помещения сроком аж на пять лет подряд был у меня.

Настала очередь проводить в офис телефон, покупать где-то доступ в интернет и закупать мебель.

В МГТС, куда я обратился куда ж ещё-то?!) — мне сказали сразу, телефона, брат, у тебя не будет никогда. Добавили ещё раз — НИКОГДА. Задавать глупые вопросы на дважды произнесённое утверждение я отучился ещё в славной советской армии. Я скис, но спросил, а где же тогда, и у кого. Они порекомендовали обратиться в КОМСТАР.

Телефон от Комстара отличался в цене от МГТС примерно раз в десять, как по цене подключения, так и по арендной плате. Если вы подумали, что раз в десять дешевле, то я вам — не товарищ. Одновременно Комстар давал и доступ в интернет, и хостинг, много чего. Общая сумма за подключение, за интернет, за не знаю за что, какой-то перерасход чего-то там была неподъёмна, но делать было нечего.

Ну что ж, родня раскошелилась ещё на энное количество дензнаков, уже посуровев. Я заплатил Комстару, и спустя две недели у меня в отремонтированном офисе был телефон и даже интернет.

Покупка офисной мебели, слава богу, не была сопряжена ни с какими трудностями, кроме одной: найти, что подешевле. Нашёл, доставили, собрал всё сам. Такая же процедура получилась и с орг. техникой, доставили, наладили. Телефон работал, интернет — тоже. Я мог жить и радоваться.

Оставалось дать рекламу и дождаться первого клиента. Вы уже поняли, наверно, что любовная лирика от ОМВНБ, как в стихах, так и в прозе, из меня так и пёрла.

Я ничего не знал об интернете, кроме разве что одной маленькой вещицы: у каждой компании должен быть вебсайт. И вот на этом вебсайте должно быть некое завлекалово (фу, слово-то какое!) для клиентуры. Там также должны быть цены, адрес, телефон. В общем, полный рисованный и оплодотворённый текстами сборник не пойми чего, раскадрец типа «приходите ко мне в гости, я вас лирой угощу!».

Когда я начал поиск вебдизайнера, пришёл молодой пожарный и мягко намекнул, что вообще-то пора платить, начальник спрашивает. Я слегка возмутился, дык, товарищ, дайте сначала хоть рекламу запустить, персонал там нанять, поработать немного. Он засомневался было, но я его успокоил, деньги есть, отложены, но надо ещё немного времени, ну на всякий случай. Он ушёл.

Вебдизайнера я нашёл через один форум рекламистов, где шли словесные войны самого разного рода среди самого разного народа, и где я, со своим бойким пером, попринимал посильное участие с неделю. Вопросы, там обсуждаемые, меня интересовали мало, а вот к персонажам я присматривался со всей тщательностью. Потому что половину этих людей составляли именно что веб-свет-дизайнеры.

Он оказался супер-интеллигентным очкариком из Питера. Он-то и сделал мне сайт за один день. Я расплатился своей лирикой, потому что у него была несчастная любовь в это самое время, а лирики у меня уже было пруд пруди.

Он же сделал для меня некий вебмеханизм и популярно объяснил, как им пользоваться чтобы время от времени добавлять новые тексты (на форуме я выяснил к тому времени, что сайты надо периодически апгрейдить, ибо, народу нужно свежее читалово — фу, слово-то какое противное! — иначе народ перестанет ходить на сайт).

Снова пришёл пожарный. Я провёл с ним беседу на тему, как тратятся деньги бизнесменов. Т. е. сначала надо вкладывать деньги, затем их следует «отбивать», а вот затем — приходит черёд и выполнения всяких-разных обязательств данных пожарным. Иначе без штанов останешься. Молодой человек был очень угрюм и кое-какие проблески мыслей о моём реальном финансовом положении у него уже возникли.

Я усиленно накачивал свой вебсайт лирикой, вставлял цены, адрес, телефон, условия работы и прочая, прочая. И скоро обнаружил, что на нём появился первый читатель. Это был вебдизайнер, который поставил мне счётчик посетителей и научил, как им пользоваться. Спустя неделю, когда посетителей стало приходить примерно по одному человеку в день, вебдизайнер посоветовал обратиться к Максиму Мошкову, в его библиотеку, и попросить хозяина разместить мой сайт у него на суперраскрученном сервере… Иначе, сказал питерский товарищ, ты ещё долго-долго будешь ждать клиентов.

Я написал Максиму и сказал, что направление деятельности моей компании как нельзя больше находится «в струе» с обширными текстами его библиотеки, где любовная лирика занимает не последнее место, и попросил похоститься у него немного, для раскрутки молодого проекта. Максим, наверно, посмеялся над моей изысканной речью, но похоститься разрешил.

Пришёл молодой пожарный, который уже на 99% понимал голую правду жизни. Он попробовал задействовать административный фактор и указал, что в моём помещении должен быть второй выход. Иначе… Пришлось ему открытым текстом сказать, всё, что я думаю о его пожарной части, о его начальнике, о нём самом, в общем, помните, про баржу… Юный мой друг позеленел, но поезд уже ушёл. Мой договор об аренде был принципиальнейше, по всем бюрократическим правилам, на 100% правильно оформлен, и выгнать меня из подвала могли только объединённые силы ОМОНа вкупе с морской пехотой. Вы не ошиблись, я мог запереться-отгородиться в подвале от всего мира наглухо. Но подвал затопило.

Я качал воду из подвала на улицу дачным колодезным насосом два дня. Затем лужи сохли ещё неделю. Затем подвал снова затопило.

Я позвонил в Мосводогнилтрубремонт, они выслушали адрес и сказали, что у меня в здании трубы гнилые. Я подтвердил сей факт и попросил прислать весёлую команду починителей гнилых труб. Диспетчер весело рассмеялся и посоветовал обратиться в коммерческую структуру по починке гнилых труб, мол, у него в конторе на такие выезды не выезжают. Цена коммерческой структуры меня так напугала, что я выкачал воду второго потопа уже за день.

Через вебсайт, размещённый в библиотеке Максима, пришёл первый клиент. Поэма была классной, мужик от щедрот заплатил столько, что я чуть не прослезился. Надеюсь, у него всё хорошо.

Я начал сдавать в налоговые органы финансовую отчётность. Купил себе доменное имя, перенёс вебсайт туда. Сказал Максиму большое спасибо. Клиенты стали поступать с пугающей регулярностью. Имя моей компании становилось для кого своеобразным жупелом, а для кого — палочкой-выручалочкой. Поступали запросы на внесение стихотворных данных для дембельских альбомов, девичьих дневников, местных районных газет какой-нибудь годовщине). Жизнь налаживалась. Рядом была почта, банк, в нём я открыл счёт, железная дорога (но я её не слышал). Летом в подвале было прохладно, зимой — тепло.

Через год пришла проверка из налоговой инспекции. Девочка лет двадцати. Она долго копалась в документах и сказала, что у меня в них всё не в порядке (не не всё, а всё не!). Я улыбнулся и мягко намекнул ей, что если бы я следил за ежемесячно меняющимся законодательством, я бы только и делал, что заполнял бухгалтерию, но, поскольку мне ещё и на жизнь зарабатывать надо, то времени на это у меня просто нет. Она сказала, что мне надо поменять форму собственности. Я сказал, что не хочу. С этой я прошёл все круги ада и проходить их по второму разу мне невыгодно финансово, я скачусь в полную нищету. Она сказала, что надо тогда больше брать с клиентов. Я её спросил, а они — клиенты — это знают? Они — клиенты — рады этому будут? Она сказала, что не знает. Я сказал, что тогда надо помалкивать и сопеть в свою сопелочку, получая зарплату из того, что я плачу в виде налогов. Либо уходить из налоговой инспекции и попробовать заработать своей головой самой. Девочка не была глупой и не обиделась. Она всё поняла, потому что под ногами у нас хлюпала вода. Но добавила, что оштрафовать ей меня придётся, потому что, если она меня не оштрафует, то её попросят из налоговой вон. Я попросил её придумать что-нибудь, чтобы меня никогда больше не посещали из налоговой инспекции. И самый минимальный штраф я, так и быть, тогда оплачу. Она спросила, а если не придумаю. Я сказал, что я прекращу вообще вести бухгалтерию, платить налоги, исчезну с доступного финансового рынка навсегда. Потому что мне совершенно не хочется выглядеть идиотом в своих собственных глазах: я не ворую, не торгую наркотиками, не занимаюсь бандитизмом, не делаю контрафактную продукцию. И я же ещё что-то кому-то должен. Блин, маразм. Она покивала головой, рассказала про своего брата, у которого с его бизнесом такая же история и который говорит такими же словами. Если не матерщиннее.

Она не закончила проверку финансовой деятельности предприятия и я теперь избавлен от посещений визитёров из этой конторы. Навсегда. А вы говорите, бездушные бюрократы!

Где-то в середине второго года моей работы пришла проверка из Москомимущества, на предмет того, а правильно ли я использую помещение. Разумеется, неправильно. Потому что я построил стенку из кирпичей, отгораживающую меня от соседнего подвального помещения, из которого постоянно текла вода. Мужик сказал, что надо меня отштрафовать за незаконную постройку. Я сказал, что платить не буду ни при каких условиях. Мужик удивился и попросил объяснить такое взрывное нежелание. Я объяснил, а сколько времени и денег уйдёт у меня на согласование разрешений? Мужик покачал головой и выдохнул, а ведь вы правы, чёрт побери. Затем выписал акт проверки, где не было замечаний, и сказал, что, пока он работает там, ко мне от них больше никто приходить не будет.

Снова пришёл молодой пожарный, злой как паровоз. Случаев, подобных моему, видимо у него не было никогда. У него ещё теплилась надежда на что-то. Он снова пробовал включить административный ресурс, на этот раз уже по полной программе, и мне пришлось ему также строго объяснить, что, если он мне испортит жизнь, добившись того, что я перестану зарабатывать деньги доступными мне способами, то я посвящу остаток жизни, наказывая его — молодого пожарного — всеми доступными уже мне средствами: от тайных поджогов его машины, дачи, входной двери в его квартиру, до стучания палкой по голове в тёмном подъезде его жены и тёщи. Моя фантазия в этом мире безгранична. И война будет настоящей. Его жизнь станет адом. Причём по его собственной вине. Пожарный убежал и больше никогда ко мне не возвращался.

Были настойчивые звонки из префектуры по поводу платежей по спонсорскому договору. Я развлекал себя тем, что говорил, что платить отказываюсь. Дама — обычно голоса были женские — очень удивлялась, спрашивали, а на каком основании, собственно, вот договор, вы его подписали… Я говорил, что а вот не хочу и всё. И вешал трубку. После нескольких звонков в префектуре видимо поняли, что с моей головой что-то не в порядке и звонить перестали.

Приходил участковый и что-то вынюхивал в подвале. Я принюхивался вместе с ним и, задумчиво подняв очи горе, возвещал, что нет, армянским здесь не пахнет. С пропиской у меня было всё в порядке, договор на помещение был вообще железобетонней некуда. Ну надо же, такая невезуха…

Через год цена аренды выросла ровно в два раза, и я перестал её платить вообще. Заодно перестал платить налоги. Потому что, если бы я всё это платил, то мне не на что было бы жить. Я послал письмо в Москомимущество, в котором пояснил, что это мне надо доплачивать за то, что я содержу для Лужкова и его команды помещение в чистоте и порядке. Более того, поскольку через несколько лет мне надо будет съезжать отсюда, а деньги уже вложены в ремонт немалые, то прошу их все зачесть в счёт будущих арендных платежей. В налоговую я не отписал. Просто растаял в тумане.

Когда я приходил в свой банк и полностью снимал наличными все поступившие доходы через статью «хозяйственные расходы» (привет бухгалтерам!), то раз на пятый такой процедуры, ко мне пристала какая-то дама, спросив, почему это я прекратил платить налоги, аренду, и вообще, почему я уже давно снимаю все поступившие деньги. Я не стал жаться, а в прямо в лоб спросил, а вы что подрабатываете в прокуратуре? Она сжала губы. Я поставил жирную точку на её любопытстве, популярно разъяснив, что задавать мне вопросы активным дамам по жизни вовсе не возбраняется. Правда, есть одно «но», если я узнаю, что вы пожаловались и этим вы испортите мне жизнь настолько, что я перестану зарабатывать деньги себе на жизнь, то вам, дама, придётся затем очень много тратить из своей зарплаты на аптеку. Дама всё поняла, больше с ней я в коридорах банка не сталкивался.

Забыл сказать, что меня как-то потребовали прибыть на совещание в префектуру на собрание неплательщиков арендной платы. Представляете, какой шок испытала звонившая мне женщина? Представляете, что я ей сказал?

Я уже шестой год не плачу налогов. Никаких. У меня нет бухгалтерии. Никакой. Все бумажки я выбрасываю. Занимаюсь исключительно делом, т. е. лирикой. Плачу только тем, от кого зависит ведение бизнеса, и только тогда, когда приспичит по полной. Да и то стараюсь платить с огромным опозданием, после нескольких предупреждений. Потому что мои клиенты поступают со мной точно таким же образом. Лужкову и его команде придётся выгонять меня из помещения долго. Потому что я так просто не сдамся. И буду сидеть здесь до последнего. И мне вовсе не грустно. У меня семья, трое детей и две кошки. И все, заметьте, хотят кушать. Каждый день.

Да, забыл сказать… Привет всем депутатам Думы и Путину В. В. лично. От выведенного последними двадцатью годами жизни нового типа людей.

автор — Андрей Митин

Следующая статья этого же автора:

Копи, копи… капиталлер

ГлавнаяОтправить письмоКарта сайта